Аккерманский погром. Записки очевидца

Еврейские погромы, — массовые насильственные акции против евреев, — яркое проявление антисемитизма. В России первый погром произошел, как свидетельствует «Повесть Временных лет», в Киеве в 1113 году.

Но наиболее значимыми, достоверными и трагичными считаются четыре волны погромов, первая с 1821 по 1871 год, вторая в 1881—1884 годах, третья — во время революции 1905-1907 годов и во время Гражданской войны. Первые погромы в Одессе в 1821, 1859 и 1871 годах и в 1862 году в Аккермане (ныне г. Белгород-Днестровский) были инициированы местными греками на почве конкуренции. Хотя официально считалось, что истинной причиной погромов были причины религиозные и политические, в основном причиной враждебного отношения греков к евреям была конкуренция в торговле. Погром 1871 года в Одессе был организован греческими купцами после того, как евреи узурпировали контроль над большинством банков.

После убийства Александра II в 1881-84 годах по юго-западной части России прокатилась новая волна погромов — на фоне нестабильной политической обстановки, недовольства народовольцами, многие из которых были евреями, что порождало антисемитские настроения.

В 1903 году, в апреле, самый крупный погром произошел в Кишиневе. В результате погрома было ранено более пятисот человек, 40 убиты, разрушено и разграблено более трети всех домовладений города.

.

В период революции 1905-1907 годов вновь прошла волна погромов в Одессе и Ростове-на-Дону.

Самые массовые и кровавые погромы в российской истории пришлись на годы Гражданской войны. Погромы в этот период происходили на фоне безвластия и антисемитских настроений в обществе. По разным данным за этот период произошло более тысячи погромов, унесших тысячи жизней.

А теперь перелистаем  «Дневник  Эрдели», который вел  молодой служащий Аккерманской городской Управы, только что окончивший юридический факультет, потомственный дворянин Михаил Окулич. В изучении истории Аккермана этот дневник занимает очень важное место. Автор дневника пишет о событиях 1905-1907 годов в городе и стране, сопровождает записи вырезками из газет, листовками, объявлениями, воззваниями. Оригинал дневника хранится в Госархиве Одесской области.

Для информации:
Согласно первой всероссийской переписи населения 1897 года в городе Аккермане было свыше 28 тысяч жителей, в числе которых 5624 еврея.

Местные топонимы:
Папушой — по молдавски «кукуруза», пригородный посад г. Аккермана. Ныне Выпасное.
Турлаки — от турецкого названия Днестра — Турла, пригородный посад Аккермана
Салганы — от слов «сало гнать», пригород Аккермана, в котором находились бойни
Калаглея — село на другой стороне Днестровского лимана, возле Овидиополя

Итак, события в стране и в Аккермане нарастают…

27 марта 1905 года М. Окулич делает запись в дневнике:

В виду ожидавшихся анти-еврейских беспорядков, прислан полуэскадрон драгун.

В ночь с 13 на 14 мая 1905 года был подожжен завод Шриро, надо полагать недовольными рабочими. Объявление Аккермана на «Положении усиленной охраны», прибытие 2 рот.

11 сентября 1905 года:

Собрание приказчиков в Городской Управе. По окончании собрания… толпа человек 150 стала выходить из Присутствия Управы, причем стали разноситься голоса: Долой Самодержавие, Долой капиталистов. По случаю воскресенья в сквере было много публики. Услышав возгласы они отправились к аллее против здания Управы. Затем публика смешалась с приказчиками и направилась дальше. Послышалась «Марсельеза». Дойдя до аллеи, параллельной Михайловской улице толпа стала расходится. Через некоторое время, на одной из аллей появился отряд, под предводительством городового с криками «бей жидов». Спустя некоторое время в сквер явилась почти вся полиция чтобы разогнать манифестантов. Но везде было все тихо. Арестовали только одного Волкова, которого на другой день выпустили.

Справа — здание Управы, слева — городской сквер

И вот наступил Октябрь 1905 года — первая русская революция, всероссийская Стачка, объявление Царского манифеста.

1-5 октября

Забастовка типографских рабочих Москвы, Саратова и других. Избиение солдатами рабочих Филипповской булочной. Забастовки на заводах С. Петербурга.

8-7 октября

Забастовки на железных дорогах.

13-15 октября

Всеобщая забастовка железнодорожных служащих. Беспорядки в Москве, Петербурге и других. Закрытие учебных заведений.

14 октября

Забастовка всех учеников одесских учебных заведений. Прекращение связи с другими городами.

16 октября

Прекращение газет в Одессе, беспорядки, всеобщая забастовка всех служащих г. Одессы. «Тургенев» сегодня не пришел.

17 октября

Замечено среди гимназистов брожение. Собираются группами на сквере и за городом.

18 октября:

Забастовка мужской гимназии, женской гимназии, городского училища. Собрание гимназистов в крепости. Посещение Мутафоло. Ученический митинг, депутатствовали гимназисты, гимназистки и ученики городских училищ. Недопущение публики на митинг. Прекращение занятий во всех приходских училищах. Полиция не принимает мер к прекращению забастовок.

В 2 часа, по выходе из Управы я встретился с И. Соколовым и мы пошли в сквер. Говорили мы о забастовках и т. д. Через полчаса заметили в городе некоторое беспокойство: лавки, находящиеся вблизи сквера быстро закрывались. К арестантам, работающим в городском сквере приказали было начальником тюрьмы собраться домой.

Выйдя из сквера я с Соколовым направились на Михайловскую. Здесь все магазины были уже закрыты и замечена некоторая суета. На углу Полицейской и Михайловской стояла большая толпа, все смотрели по направлению полиции. Когда я подошел тоже к углу, то увидел, что возле полиции стоит громадная толпа человек 500.

С утра прекратили работу все подмастерья. Приказчики пекарни тоже прекратили работу. В 1 часу толпа человек в 200 остановила движение конки, а также водовозов, биндюжников.

Продолжая идти дальше по Михайловской улице от Полицейской с Соколовым и не доходя магазина Шапиро я услышал позади себя крики:
«Стреляют !» — толпа с криками удирала вниз.
Через некоторое время показались толпа кучеров конки с криками: «… ваша забастовка….»,
которая гналась кажется за учащимися, хотя последних и не видно. Увидев это, мои товарищи поспешно укрылись у какого-то портного на Михайловской.

Будучи в ученическом одеянии я тоже поспешил убраться подале. Когда биндюжники пробежали, я поспешил уйти поскорее домой. Жизнь на улицах прекратилась.

В Управе в 12 часов стало известно об объявлении Конституции. Вечером собрались некоторые гласные и много жителей города. Был также товарищ прокурора Стемковский. На этом собрании Бродский предложил избрать председателем товарища прокурора. Но городской голова заявил, что он, как начальник, имеет право полностью закрыть заседание и на будущее время не допускать никаких собраний. Тогда Бродским было заявлено, что городской голова временный гость.

Затем Бродским было предложено городскому голове, чтобы он уволил служащего больницы за то, что последний говорил:
«Жиды хотят себе царя, их мало проучили в Кишиневе».
В собрании этом постановили: был зачитан товарищем прокурора Манифест о конституции. Тоже постановлено было напечатать этот Манифест, а также от города и членов Комитета безопасности воззвание.

В число членов комитета общественной безопасности вошли 23 человека, на которых лежала обязанность читать и разъяснять народу значение манифеста (в виду того что сейчас беспорядок). Все члены были распределены по участкам.

На этом собрании выяснилось:
18 октября в 8 часов утра толпа человек в 200 направилась на лесопильню завода Шриро и заставила работавших прекратить работы. Затем вся эта толпа вместе с забастовщиками направилась к Мельнице Денисова и повторила то же самое, что и у Шриро. Но прежде … проводы означенных заводов были прерваны. Затем вся эта толпа постепенно увеличиваясь – направилась на Николаевскую и потребовала …. В виду некоторых беспорядков на Николаевскую улицу в 4 часа были посланы солдаты, которые и разогнали всех бунтующих.
Заседание закончилось в 12 ½ час.

Вечером Членами общественной обороны было составлено воззвание к гражданам города Аккермана, причем слово «в силу любви к государю» выбросили. На заседании документ утвердил товарищ прокурора, после чего разрешил печатать …

.

20 октября:

Сегодня вечером была вызвана дума на частное совещание: какие меры приняты к предотвращению ожидаемых беспорядков, а также ввиду слухов о беспорядках в Одессе и Кишиневе.
В 7 часов Управой была послана в Кишинев телеграмма, о сообщении не происходили ли там антиеврейские беспорядки.
Телеграммы в Одессу в этот день не принимались. «Тургенев» не приходил.

Да, так одни предлагали милиции, другие вызвать войска, третьи за усиление полиции. В часов 8 явился председатель комитета безопасности Леон Асвадуров и член Катков, уполномоченные заявить то, о чем они обсуждали. Дума после некоторых колебаний решила допустить их к заседанию. … Управы просилось разрешение думы разрешить огласить письмо из Одессы г. Зангерова, в котором говорилось, что полиция во главе с Нейдгардом подстрекала толпу на «жидов». Толпа с портретом двинулась к еврейским жилищам. Войска бездействуют, все больницы переполнены, масса студентов убито и ранено, на улицах масса убитых, богатые еврейские лавки разгромлены…
На чем остановились … не известно.

Сегодня же забастовал порт. В 3 часа на заводах раздались тревожные гудки и рабочие прекратили работы, конка работала.

21 октября:

Сегодня в 10 часов я ходил в Собор. Но с самого начала я зашел в Управу. В сквере собрались забастовавшие рабочие рабочие с мельниц и лесопильных заводов. Я пошел в Собор. Солдаты стояли вне его. Молящихся было много. Возвратился я опять в Управу. В зале собраны депутаты от рабочих мельниц и 2 лесопилен. Председательствовал Леон Асвадуров, Катков, члены Управы и Беликович. Рабочими предъявлены требования: рабочий 8 часовой день, вежливое обращение, увеличение заработной платы, заявление о прекращении работы за неделю. На вечер приглашались владельцы заводов.

В 4 часа толпа человек в 300 явилась потребовала крест и иконы, чтобы обходить город. Член Управы Н. Гозалов уговорил отложить манифестации на следующий день, и что тогда же будет отслужен молебен. Толпа согласилась.

Над Овидиополем виднелось огненное зарево.

Вечером вся эта толпа направилась к театру и потребовала сыграть народный гимн. Требование их было уважено. После всего этого толпа походив немного расходила не учинив никому вреда.

Городской театр, на балконе которого исполняли гимн

22 октября:

Встал я сегодня в 7 ½, напился чаю и пошел в Городскую Управу. Возвращаясь домой я увидел мальчишек несущих из управы флаги. Конка к этому времени прекратила движение. Зайдя из церкви на минутку домой, я направился в управу. … (от которого несло вином) отвечал, что «это все не шутка, царь приказал, чтобы всех жидов выбить и т. д. и т. д. » Здесь я узнал, что в Соборе отшумел за здравие Государя молебен. Портрет государя во все время молебна держали на руках. Здесь присутствовали гласные думы и городской голова. По всему городу приказали выбросить флаги. По окончании молебна вся толпа с портретом и флагами хотела идти на Папушой.

Городской голова, Гозалов и другие упросили их обойти только город. Толпа после некоторого колебания согласилась. Я сидел в Управе на балконе. Послышался народный гимн и Спаси Господи. Вся эта толпа процессия человек 1500 растянулась на 3 квартала. и двигалась по Михайловской, повернула на Скобелевскую улицу к Греческой церкви, оттуда на Крепостную площадь и потом по Садовой к театру.

Было в это время около 12 часов. На балкон вышла труппа малороссов и музыка. Первым пропели «боже царя храни». Далее опять заиграла музыка. Во все время шествия, надо сказать кричали: «Да здравствует Самодержавие ! », «Ура ! » От театра вся эта процессия двинулась к Управе. Впереди несли Портрет. Перед Управой они остановились; в Управу явились выбранные манифестантами гласные;

На балкон вышел городской голова, который сказал, что от имени городской думы и населения пошлет Государю телеграмму о том, что весь народ помолившись о его здравии обошел город. Призвал продолжать обходить центральную часть города, а потом явиться в Управу, сложить флаги и портрет.

Городская Управа

Толпа прокричав «Ура» стала собираться уходить. Тогда Гозалов просил самих же манифестантов прекратить шествие по городу, так как достаточно того, что они прошли по главным улицам. Но толпа закричала «довольно». Интересна вся толпа, сотни человек предстаящая перед Управой. Толпа эта состояла преимущественно из молодежи и простонародья обоего пола одетого по праздничному.

На лестницу крыльцо возле дверей Управы несколько лиц, один из них Тужненко, которые говорили, что Манифестом евреям предоставлены одинаковые права с русским населением, что все эти права вынужденные, а потому всех жидов надо прогнать из России. Подобных речей говорилось несколько. Удивительно, Павловский и … аплодировали с балкона говорившим речи.

Возмутительнее всего то, что когда толпа почти согласилась прекратить шествие, учитель Городского Училища Щербина (арестованный впоследствии), стал кричать, чтобы в телеграмме было добавлено «Да будет самодержавие на веки». Словом подлили масла в огонь. Толпа забушевала и потребовала идти дальше и не слушать никого. Отсюда толпа направилась на Папушой.

Член Управы Гозалов, возмущенный тем, что говорил Щербина, не мог никак успокоится, хотя большая, можно сказать, часть гласных была довольна этим. Оставшиеся гласные стали обсуждать, как бы прекратить шествие. Наконец решили поехать … в полном составе и упросить их разойтись. Но пока они это на думали, манифестанты, как это сообщили с каланчи, очутились на Кишиневской, возле Болгарской церкви.

В Управе, после ухода гласных, остались секретарь и Беликович. Я тоже направился домой. На улицах стало тихо. Повсюду развевались флаги. У нас тоже висели. Поев дома борщу и выпив несколько рюмок вина, я пошел на пристань Коваленко. Оттуда на пристань Анатра. Здесь я сидел под эстакадой и ловил бычки и поймал их штуки 3.

К этой пристани пристала из Овидиополя лодка с 2 солдатами из Одессы, которые передавали, что в Одессе жгут и убивают, в Овидиополе тоже убийства и еврейские дома сожжены. Действительно, над Овидиополем растилался еще дымок. Когда стало темнеть, я собрался итти домой. На Западной стороне виднелся подходивший какой-то пароход. «Тургенева» в это день не было.

С пристани я пошел на Крепостную, с Крепостной на Николаевскую, с Николаевской на Михайловскую, с Михайловской на сквер. Пройдясь несколько раз в сквере я зашел в лавочку под аптекой и купил каштанов. Лавки все были закрыты. Отсюда я направился в Управу, так как должна была собраться Дума. Но когда я подходил к Управе, я увидел на крыше Управы Ивана. Из распросов, когда он сошел, я узнал, что Папушоя подожжена.

Походив немного в Управе, я вышел на улицу. Здесь стояло несколько гласных, которые рассказывали за Папушою. Действительно со Старобазарной улицы я видел дым. Да и кроме того, до нас стали ясно доносится крики Ура! Я поспешил поскорее домой. Меня с нетерпением ожидали, так как было темновато.

Но вот уже слышно стало, что манифестанты подходят к Управе с пением гимна. Как потом выснилось, явилось к Управе, человек 50. Остальные, человек до 1000, остались позади, которые двигались по разным улицам. Возле Фейгина стояли солдаты, которые думали, что громилы будут итти именно там.

Чайная «Биржа» на улице Измаильской, возле которой стояли солдаты

Мой papa поспешил зайти в лавченку Зайцевой и купить свечи…. После чего ворота мы заперли на замок. Было 6 часов. В воздухе тихо. Небо чисто. Луна опускалась. Уже ясно до нас доносились крики Ура и биение стекол и пр. Видно было громилы проникли уже на Михайловскую к Полицейской. Вдруг залп, потом другой. Мы вздрогнули и не знали куда деваться. На дворе были я и Гришка, а также служащий у Вольберга Феодосей. Вскоре у нас произошла некоторая суета и от забора мы ушли в сени.

Вдруг послышалась беспрерывная стрельба из ружей, казалось что две партии стреляют одна в другую. Послышались стоны. Затем защебетали револьверы самооборонщиков евреев, оставшихся дома. Как оказалось после почти все евреи, за исключением бедняков, поудирали на пароход, который, как я сказал, виднелся на горизонте, на Бугаз или держал их на борту, так что когда громили их дома, то дома никого не оказывалось…

Пароход «Находка», на котором спасались аккерманские евреи во время погрома

Но выстрелы видно не остановили толпы. Звон стекол, крики «Ура», выстрелы, все это смешивалось…
Я все время стоял возле ворот и вздрагивал. Наконец звон разбитых стекол послышался возле Папушойского, Грошева и возле Управы. Я поспешил убраться в сени. Наконец начали бить стекла в лавке еврейки (дом Зайцевой). Последняя к этому времени успела удрать. Другая партия с дручьями направилась по Михайловской к Грушману. Страшно было слушать, когда били аптеки и выколачивали рамы. Казалось что бьют на всем квартале. Покончив и здесь вся эта орава направилась дальше.

Между тем крики «Ура», звон разбитых стекол стали все слышнее и слышнее. Теперь прямо били, выколачивали двери, шторы, во всех магазинах и все выбрасывалось на улицу. Все описать, что переживал я за эти часы, невозможно. Я все время стоял на дворе и прислушивался к крикам. Выстрелы из револьверов не прекращались. Залпы солдат тоже слышались. Но всего страшнее, когда выбивались рамы и шторы в магазинах. – Не могу не вспомнить эти часы без содрогания.

Страница из издания «Harper’s Weekly» от 20 июня 1903 года, изображающая сцену кишиневского погрома

Вдруг на Западе стало появляться зарево все сильнее и сильнее. Как оказалось деревянные лавочки на 1-м базаре и лавка Хахама подожжены. К часам 11 шум понемногу стал утихать и зарево меркнуть. Вдруг снова вспышка еще сильнее. До нас ясно доносился треск горевших лавок на 2-м базаре.

В 12 часов мимо нас стали проходить мальчишки с награбленным: чаем, сахаром и т. д., бабы с разными вещами. За весь вечер я несколько раз вылазил на крышу. Видно было, как горело на Салганах, Овидиополе и Папушоях. Вольберг тоже смотрел до самого утра на улицы. Досидя до 2 ½ час. утра и будучи нервноутомленым я решил пойти и прилечь не раздеваясь на всякий случай. В 2 часа после того как подожжен … дано 7 залпов. Проспал так до 9 ½ час. следущего 23 октября.

23 октября 1905 года, воскресенье:

Умывшись и напившись чаю я направился в церковь. В городе слышны были залпы содат. Хотя это было воскресенье, но оно не было похоже: людей мало. С 10 часов подул холодный северный ветер. Я отправился из церкви по Скобелевской на Михайловсксую. Окна Грушмана оказались исковерканы и перед его домом на улицы были разбросаны перья; видно было, что в городе доме не было никого.

После я пошел в Управу. В управе были некоторые гласные. В 12 часов в Одессу, командующему округом войсками округа была послана телеграмма следующего содержания: «Город горит и разгромлен. Ожидается поголовная резня. Благоволите выслать роту солдат и сотню казаков.»

Черновик сообщения о поголовной резне в Аккермане

Начиная с самого раннего утра толпа прибывала с посада из деревень с повозками и много из Калаглии, Овидиополя и других. Тащили грамофоны, ботинки, галоши, штуки ситца, шапки, часы, словом все, что попадалось или можно было утащить. Никто не останавливал. Масса деревеньщины тут-же на площади меряли ботинки, галоши, пальто. Бабы даже забирали горшки, кувшины (пробуя еще, не разбит ли). Когда проходили даже солдаты и тогда не останавливается толпа грабить. И только тогда, как дадут залп, все эти грабители разбегаются. Еще ночью 22 все вещи, часы, ботинки, все это выбрасывалось на улицу. Особенно бессовестно тащили целый день Калаглейцы целыми, нагруженными … на лодки.

На Михайловской улице в «Восточных сладостях» и табачной Берковича совершенно выломаны двери и все, что в ней находилось, забрано. Когда я шел в церковь, то в находящейся на углу Бульварной и Греческой улиц лавочке окна оказались выломанными и судя по разбитым стеклянным банкам, все было унесено. Даже на пристани и та лавочка оказалась разграбленной.

В этот день я никуда не ходил, а сидел дома, исключая разве Управу. Стекла в доме Папушойского, Грошева, Ренца, Рисензона оказались разбитыми. Вечером у нас на окне стояла икона и горела лампадка и свечи. У Коп.. ов, Вольберга, Радз… тоже самое. В виду того, что простудился … ушел спать в 9 час. не раздеваясь. … Вольберг не спал. Весь день слышно одинокая из револьвера пальба.
За городом из магазинов мужиками преспокойно увозится зерно из магазинов.
Сегодня Аккерман объявлен на военном положении.

24 октября:

В 9 ½ час. я встал и пошел в Управу. В Управе почти никого не было. В 12 час. я направился в город.
Первое, что представилось моим глазам – это выломанные двери у Берковича, разбитые стекла у Геровича, и др. Опускаясь вниз я увидел разбитые стекла у Гершмана, затем внизу, угол Николаевской и Михайловской дом Лошака оказался совершенно сгоревшим и полуразваленным. Находившиеся там портные, часовой и табачный магазин разграблены. Налево возле Черноморченко разграблена лавочка с конфетами. Затем идут уже разбитые окна в пекарнях и лавках. Да еще лавченка Хахама против Трактира сгорела, а также и Еврейская лавченка на площади, где собираются биндюги…

Дальше на Николаевской напротив дверей Чинарова находилось часовый магазин, табачная лавка, все это разграблено, предано огню, и развалено. Дальше идет лавка Мерджанова и Цупилевича. Затем идет магазин Лившица. Там тоже все разграбено и остались одни лишь развалины. Дом Лаврентьева уцелел. Дальше идет дом Мелексека Асвадурова, занимавший на Николаевской больше ½ квартала. В нем находились шапочныя, башмачныя, готоваго платья – все это сгорело и от дома остались лишь одни полуразвалившиеся двери. Я еще застал полицию тушившую этот дом, не допуская перейти на другую часть по Софиевской. В погребе, находившемся под этим домом повалено все и дымилось еще…

Затем возле уцелевшего дома Мильштейна, дом Михайлована 2 этажный. Весь этот дом разграблен и сожжен. Стены тоже треснули в некоторых местах и грозят обвалом. Затем лавка Кричевскаго. Вся мука унесена, а сама лавка сожжена и наполовину развалена. Идет дальше базар. Все как есть еврейские лавки – деревянные сгорели, шапочные, бакалейные и галантерейные, затем молочный ряд, галантерейный, рундуки – все это сожжено до тла. Когда я еще проходил – еще дымилось. Пройдя базар, я увидел мальчиков лазавших по лавченкам местам сгоревшим. Дальше виднелся двух этажный дом Фейгина. Весь сгоревший и полуразрушенный. Стены грозят падением – весь разграблен. Затем дом Литвина. Этот тоже разграблен. и далее … до магазина. Все это разграблено. И стены наполовину разрушены.

Разгромленные еврейские дома после погрома в Кишиневе в 1903 году

Я поспешил убраться домой, так как кое где по улицам ходили стражники, прогоняли, а также боясь получить пулю. По улицам валялся пух из перин, а также сгоревшие двери и разбросанная мебель. Мелексека дом прямо разрушен… Тушить не представлялось возможным. Ходить по вечерам опасно, так как повсюду слышны выстрелы. Все магазины разбиты, а зерно увозится мужиками очень много никого не боясь. На улице находят выброшенный портрет. По ночам грабят и жгут уже и русские дома. Еще 22 ночью. Почти во всех винных лавках выбиты двери и вино пьют до пьяна. Повсюду в городе пьяницы…

23 октября кто-то распространил по Папушоям слух, что «жиды разбили собор и бьют русских». И целая толпа человек 300 с косами, ломами, молотками, серпами, цепями, ружьями, топорами, все, что могло быть взято в руки и двинулась с посадов с песнями на площадь …

К этому времени дано было знать солдатам. На трехкратное требование солдат «разойтись» толпа отвечала выстрелами вверх и Ура, но не расходясь. Последовало 3 залпа вверх и часть в толпу. 5 упало убитых и 4 раненых. Толпа стала расходится и направилась вниз к Кишиневской. Оттуда они думали войти в город по Михайловской, но и там стоял взвод солдат. Из деревень, в особенности Калаглеи приехало масса мужичья. Причем все разбиралось: штуки ситцу, ботинки, галоши и т. д. Теперь же мужики беспрепятственно подъезжали к хлебным магазинам и забирали хлеб повозками даже днем. Вечером мы никуда не выходили. На Западной стороне виднелось зарево. Это пьяные бродили по Кишиневской и Соборной и поджигали дома уже и русских. Еврейских домов сгорело 13 и христианских 6.

Во время аккерманских беспорядков большая часть евреев богачей удрала на «Находке». Другая, человек в 800, спрятана была в Земской Управе. Хулиганы несколько раз пытались поджечь здание, но им этого не удавалось в виду усиленнаго наряда войск и сторожей.

Здание Аккерманского Земства. Здесь прятались евреи

25 октября:

Сегодня пришел «Тургенев» с ротой солдат и 30 санитарами и массой публики. Я узнал что убитых много ( до 1500), студентов тоже много убитых, и что все успокоилось. Газеты теперь вышли в первый раз. День пасмурный. Теперь шайки хулиганов являются к русским и требуют денег и вина, угрожая в ином случае причинить вред. Хулиганы эти являются во всех предместьях города.

.

Интересно: Еще 22 днем до погрома владельцами железных лавок Асвадуровым, Чинаровым, Поповым, получено письма, в которых предлагается выдать толпе, которая имеется быть вечером револьверы, ружья, ломы и т. под. Так что теперь у каждаго почти хулигана имеется ножи, револьверы.

Папушой. 22–го в 5 часов разбиты, разграблены, подожжены все еврейския дома, мельницы Кричевского и кирпичные заводы сожжены.
в Турлаках разграблено Полицейское Управление за то, что там скрывались евреи и грозили убить пристава …. Последний куда то удрал. Дома тоже все оказались разбитыми и сожжеными.

Теперь мальчуганы убили за городом еврея бросили его в лужу и вставили в рот папироску. Являются теперь хулиганы с револьверами и требуют выдать денег. По городу ходят пьяницы и слышаться револьверные. выстрелы. Ночью на окраине города нельзя ходить.

На днях произведены аресты лиц, участвовавших в грабежех и подстрекательствах. Арестованы: Федора Попова сын, оба Тараненко, учитель Городского училища Щербина, и как говорят, Каптеренко, …. За Щербину Беликовичем для освобождения было внесено 1000 руб. за что Щербина был освобожден. Но теперь снова его арестовали: требуется 30000 руб. Вскоре после погрома полицмейстер подал в отставку, а на его место назначен Папушойский пристав Павловский.

Числа 24 подожжена экономия Арнаутова, Докса и других. После погрома долго еще продолжался грабеж. Поэтому Управой нанято 40 стражников – конных, для охраны города, плата по 25 руб. в месяц.

Новым полицмейстером расклеено объявление о том, чтобы все вещи, принятые на хранение были возвращены владельцам, а также о том, что будет происходить обыск. Часть жителей, испугавшись, выбрасывала награбленное.

После погрома Павловский и другие очень были довольны, хотя стали переходить на другие квартиры из боязни быть ограбенными хулиганами.

На днях из Одессы прибыл солдат, который рассказывает, что начальство не велело стрелять в грабителей, что никто в солдат не стрелял и что солдаты сами грабили и напивались до упаду.

Во время беспорядков полиция, равно как и войска бездействовали: грабили на глазах полицейских и солдат, как у себя. Так что не удивительно, что все лавки оказались разграбленными.

Еще до погрома на Папушоях распространились слухи, что грабить приказало начальство, что никто не будет препятствовать и что Государь так сказал. Поэтому самому из деревень понаезжали целыя повозки за «добычей».

Что пережили мы за ночь 22 это бог знает: простояв на часах целую ночь весь дрожа при криках «Ура ! » и звон разбитых стекол. Только в 3 час. не раздеваясь прилег спать. Залпы ружейные тоже запугивали, хотя успокаивала мысль, что стреляют там за городом.

Из Одессы передают, что там творились с 18 по 22 ужасные вещи: толпа хулиганья и черносотенцев предводительствуемая полицией, переодетой (во главе с Нейгардом), беспощадно грабила. Войскам, как это говорят солдаты и многие граждане, по приказании начальства в течении трех дней запрещалось стрелять, т. е. давать полную возможность грабить. Если только из какого-нибудь дома раздавался выстрел самообороны, то в такой дом, по распоряжению нач Нейдгарта из пулеметов и даже пушек. Толпа хулиганов и черносотенцев врывалась в дома, магазины, дома, причем творили самые невероятные вещи: детей рвали на части, стариков бросали с верхних этажей на улицу. В некоторых домах, как об этом сообщает газета столичная, потому что одесский градоначальник Недгард приказал издателям “поставить крест”, так как за последствия он не ручается, находили по 36 человек убитыми. Кроме того в подвалах, погребах, ретирадах находили также убитых. На четвертый день как по приказу все прекратили погромы (потому что начальство сказало «довольно»). Патрули обыскивали прохожих и самым безсовестным образом отбирали часы и деньги. Там, где солдаты Всех убитых за четыре дня насчиталось пока 1100 человек и ранеными до 3000. Благодаря полиции и начальству в особенности, масса людей без куска хлеба осталась на улице. Очевидцы говорят (и даже, как пишут в газетах сами одесские офицеры, не ждавшие приказания от Каульбарса, командующего войсками стрелять) достаточно было одних холостых. Так например: на «толкучем рынке отряду с офицером во главе, действительно защищавшие граждан, одними прикладами разогнали 600 толпу, при чем последняя после этого не показывалась. Но зато таких офицеров оказалось к сожалению очень мало, да и кроме того, такие, которые не позволяли громилам убивать и грабить, попали на гауптвахту». Вот пока вкратце что нам удалось узнать.

На одной из стен дома гор. Одессы было написано, как говорят, кровью «Дом Романова отдается в наем, спросить дворника Николая II».

25 октября:

У нас первый раз получились газеты. Из них мы узнали о целом ряде погромов и в других городах, начиная от 18 октября. Почти везде погромы начинались с мирных манифестаций. В Киеве, Кишиневе, Костроме, Казани и во многих других городах все резали и грабили на глазах администрации. Целый ряд телеграмм указывает, как полицмейстеры и губернаторы сами кричат “бей”, и дают “братцам” на чай, целуются с ними и т. д. В самооборону, как и везде, стреляли из орудий (в Кишиневе и др.) не останавливаясь перед разносом, разгромом здания.

Всех ужасов, которые пришлось пережить многим гражданам России от администрации, не перечесть.

В других городах: Моссквы, Петербурга, где нет «жидов» устраивается травля на интеллигенцию. Собрания, митинги, мирные шествия без предупреждения расстреливаются, разгоняются конскими копытами и нагайками. В последние дни тоже не мало пролито крови. Действиями таких солдат, исполнявших приказания генерал-губернатора, начальника гарнизона Трепова возмущались даже некоторые офицеры других частей. Трепов – эта дрянь, не мало погубила и пролила человеческой крови, но этим он ничего не мог достичь … … ….

К этому времени увольнялось целый ряд министров, губернаторов, начальников и других. Еще до манифеста 17 октября, началась всеобщая железнодорожная забастовка и целый ряд забастовок на заводах. Это то и заставило правительство пойти на уступки.

5 Ноября

Прибыли войсковыя части в виду ожидаемых беспорядков

8 ноября

Начался призыв новобранцев. Начальство, в виду ожидавшихся новых беспорядков, просило об отсрочке призыва на один месяц и отводе призывного участка в с. Посталь (23 версты от города Аккермана). Но ходатайство не удовлетворили. По ночам часть команд обходит город, часть, в полиции и часть отдыхает, полиция тоже вооружена. Но затем все успокоилось, хотя были произведены несколько раз тревоги и войска отправлялись на «усмирение».

***
P.S.
Восемь человек, погибших во время еврейского погрома в Аккермане, покоятся на еврейском кладбище.

.

 Аккерманский погром. Часть 2-я

По материалам old_akkerman, livejournal
Фото из коллекции Олега Коломийченко и краеведческого музея гор. Белгород-Днестровский

Пост от damla

опубликовано апреля 18, 2013.
Просмотров. 914 views Times so far.

#




Поиск по сайту

Свежие записи

Навигация



http://matureamateur.us/